Великая Пустыня. Есть такое место в России. Прежде тут было тридцать деревень, а теперь лишь одичалые поля да леса. За прошедшие тридцать три года на этой земле не родилось ни одного человека. И вот шумит в зелёной дымке пустыня, пречистый край, где никогда не бывало никакой войны, ни разу не била пушка, не топтал просёлков солдатский строй — храм природы, и посередь него высится башней Романовская обсерватория, где наблюдаешь, трудишься, слушаешь, как звучит, наступает на урочище симфония длиной в весну и лето. Музыка без дирижёра, свободная не повторяющаяся, с не объяснимыми волнами, с приливами и отливами в два дыхания наполняется, раскатывается на весь зелёный простор, нарастает и, не напрягаясь, притихает. Чистые земные голоса расселись в облюбованных местах, рассыпались привольно в тишине времени, выводя соло то одной, то другой пташкой. Все молодые, юные от счастья, упоённые жизнью прямо сейчас, сей миг. Потом прилетают ласточки, вьют гнездо над телескопом. Каждая травинка, каждая букашка — живой центр, каждая ощущает своё. Множество взаимозаключающихся миров и Я посередине.
Главное здание Романовской обсерватории было построено в 1915 году, памятник русской архитектуры, архитектор М. А. Соколов. Башня «Четвёртое октября» сооружена в 2012 году. До ближайшего посёлка восемь километров, до асфальта — тридцать три, до железной дороги восемьдесят восемь километров езды, а напрямик сильному и смелому по лесам да болотам три дня пути в медвежьем безлюдье. Свет прожектора с башни Романовской обсерватории и вечерний звон колокола притягивают в глухомань отшельников. Два право славных монаха построили неподалёку свои скиты, но иночество их длилось недолго — один удалился в монастырь на гору Афон в Грецию греться, другой просто тихо исчез. Изредка стучатся в двери главного входа, чтобы войти на землю обсерватории, не то любопытствующие, не то паломники или просто заблудившиеся. Их гостеприимно принимают, потчуют чаем, проводят экскурсию по обсерватории и дарят книги, созданные здесь. Это избранные стихи поэта одиночества «Давно неведомая даль моё зовёт воображение», трилогия похождений Алёши Берестнёва: «Питерщик в Пустыне», «Пустынник в Белом Доме», «Симфония предчувствия. Космологическая экоэма». Романовская обсерватория — место, где хочется учиться у дерева. Независимое жизнеобеспечение, внутренняя свобода Я, не скованная, не ограниченная самоущемлением страха, пришпиленности к чужим плоскостям воли.
Романовская обсерватория — замок свободного творчества, в этом её главное предназначение. Только новые прорывные научные и гуманитарные идеи, устремлённые к всемогуществу Разума, должны и будут разноситься светом и звуком из Романовской башни. Научный абсолютизм — всё, что не служит науке, подлежит уничтожению, за исключением того, что науке прислуживает. Первый выпуск Трудов Романовской обсерватории «Химическая кинетика лучевой активации» посвящён проблеме создания и развития нового направления в химии — бесконтактной лучевой активации химических реакций. Эта публикация открывает серию последующих выпусков по темам из области, астрофизики, космонавтики, экологии, истории, социологии, теософии. Искренняя благодарность боевому другу, Защитнику Конституции Егору Леонидовичу Пугачёву, Защитнику Конституции, кандидату культурологии Павлу Ивановичу Кутенкову, писателю, Учёному секретарю Петровской академии наук и искусств Андрею Витальевичу Антонову, главному редактору издательско-полиграфической фирмы «Реноме» Анджеле Борисовне Левки ной за духовный катализ.